Клад на крыше

Фото: Светлана Смирнова

Устроившись 30 лет назад в жилищно-коммунальную службу, Николай Молчанов нашел свое призвание

С кровельщиком ЖКС 2 Центрального района Николаем Молчановым мы встретились на земле. Хотя изначально планировалось, что он проведет специальную экскурсию по крышам Петербурга, но в последний момент мастер отказался, сославшись на то, что у него много работы. По правде сказать, особого желания подниматься на крышу в этот день не было — с утра пошел снег, который затем сменил дождь. А вот кровельщику приходится трудиться под открытым небом в любую погоду.

«Брак по расчету»

«Для кого-то, может быть, крыша — это место для развлечений, где можно летом позагорать или полюбоваться с высоты на город, а для меня это место работы», — начал свой рассказ Николай Молчанов. По его словам, в детстве мало кто мечтает стать кровельщиком. Вот и он тоже не собирался работать на крышах. А выбрать эту профессию его заставил «брак по расчету» или, вернее, «жилищный вопрос».

После школы Николай Молчанов поступил в училище. Получил профессию слесаря промышленной вентиляции. «Это все мой дед, который живет в Таллине. Он в свое время работал жестянщиком. Наслушался его рассказов о том, как увлекательно работать с металлом, какие вещи из этого материла можно делать, вот я тоже решил попробовать», — рассказывает он. Потом были армия, женитьба… Только вот жилья у молодых своего не было. А тут Николай Молчанов встретил на улице приятеля, который работал в жилконторе плотником. Тот и предложил, мол, давай к нам, жилье сразу дадут… В отделе кадров особых вопросов не задавали, спросили лишь, где бы он хотел работать. А так как Николай Молчанов заявил, что хотел бы работать с железом, то ему и предложили стать кровельщиком. Как и обещал приятель, новому работнику сразу выдали форменную одежду, инструменты и ключи от комнаты на Разъезжей улице. В тот же вечер семья Молчановых туда и переехала.

Тридцать лет на крыше

За тридцать лет, что Николай Иванович работает кровельщиком, ему пришлось повидать многое. «Когда я начинал, то мы о герметиках даже не слышали. Замазку делали своими руками — брали сурик, мел, олифу, все это смешивали, а потом щели замазывали», — рассказывает он. Сегодня приходится иметь дело с новыми современными материалами. Да и сами крыши стали другими. Спрашиваю у Николая Ивановича, а правда ли что, как написала одна западная газета, с высоты птичьего полета видно, что большинство крыш в Петербурге покрыто слоем ржавчины? И слышу в ответ, что это полная чушь: сегодня большинство крыш отремонтировано, и на них уложено новое покрытие. Так что крыши Петербурга теперь сверкают на солнце новеньким железом.

Выяснилось, что и протечек в домах Центрального района стало заметно меньше. «Мы последние два года ставим на крыши катаные листы толстого железа, которые соединяются между собой двойным гребнем, чтобы не было швов», — рассказывает Николай Молчанов. Впрочем, он не отрицает, что, конечно, многое зависит и от того, кто и как делает эту работу. Например, в 90-е годы, когда после суровых морозов крыши от снега очищали бригады мигрантов, и они после этого сразу потекли. Однако пробить покрытие могут и временщики — бригады подрядчиков, которых приглашают за деньги почистить снег. «Им-то что, они свои деньги получили и ушли. А если я обслуживаю крышу, я не буду в ней пробоины делать», — говорит он.

По знакомству

Николай Молчанов — личность в Центральном районе известная. Если он идет по Невскому проспекту или улице Марата, с ним многие здороваются. Это потому, что он знаком практически со всеми жителями квартир района, расположенных на последних этажах. Потому что у них берет ключи от дверей на чердаки. «Первое время звонил по домофону, просил впустить, говорил, что кровельщик. И часто слышал в ответ: «А ты русский?» — вспоминает Николай Молчанов. Поначалу он недоумевал, почему люди предпочитают не иметь дело с мигрантами. А потом понял, что такой вопрос задают чаще всего бабушки, которым хочется с кем-то поговорить. А жители южных республик, плохо говорящие по-русски, неважные собеседники. Поэтому у Николая Молчанова за годы работы выработалась такая привычка — закончив работу, спуститься в квартиру и пообщаться с хозяевами. Например, у него есть одна знакомая старушка, которая живет одна и которой не с кем поговорить. Он обязательно заглядывает к ней. По словам Николая Ивановича, он любит общаться с людьми — слушать их рассказы, рассказывать о себе.

Вот только вопрос о том, когда же, наконец, начнут сбивать сосульки лазером, кровельщика вывел из себя. В ответ он чуть ли не целую лекцию прочитал о том, что это полная чушь, так как лазером еще можно сбить наледь с карниза, но убрать ее лучами лазера оттуда, куда они не достают, в том числе из желоба, конечно, невозможно. «Крышу все равно надо чистить вручную», — утверждает Николай Молчанов.

Кстати, основные инструменты кровельщика, как и тридцать лет назад, остались прежними. Это молоток, ножницы по металлу, пассатижи и линейка. Зимой для уборки снега — лопаты. А вот к обуви у кровельщиков особые требования. Настоящие кровельщики покупают ее сами — она должна быть на мягкой резиновой подошве. «Мне нужна такая, чтобы можно было встать и уцепиться ногой за гребень крыши, чтобы я его чувствовал. То, что нам выдают, не подходит, так как такая обувь жесткая и в ней трудно устоять», — говорит он. По его словам, старые крыши имеют более шершавое покрытие, и по ним можно без опаски ходить. А вот крыши, покрытые новыми материалами, очень скользкие. Предполагается, что если кровельщик все же упадет с крыши, то от падения на землю его удержат парапетные решетки. А вот выдержат ли они вес взрослого человека? Николай Молчанов предпочел не отвечать на этот вопрос, пошутив, что лично он этого не знает, так как пока «летать не довелось».

Где искать клад?

Между тем, в последнее время на петербургских крышах становится все многолюднее. Николай Молчанов рассказывает, что часто, когда он работает, мимо него проходят экскурсанты, забирающиеся на крышу, чтобы полюбоваться на город с высоты. Там можно встретить начинающих поэтов — они просят всех присутствующих на крыше послушать их стихи. Поднимаются туда в поисках романтики влюбленные. Иногда на крышу приходят и охотники за сокровищами. Их можно узнать по экипировке — как правило, они берут с собой рюкзаки. Однако Николай Молчанов пока кладов на крышах не находил. А вот его приятель нашел шпагу на чердаке одного из домов на Невском проспекте. Еще один кровельщик нашел настоящий клад в подоконнике в доме на углу улиц Маяковского и Невского проспекта. Сдав клад государству, счастливец сразу купил себе машину. «А вот мне не судьба найти клад», — говорит Николай Иванович. Зато ему довелось полюбоваться на добротные старинные крыши. Так, например, он застал то время, когда на доме по улице Марата, 72, была медная крыша. На солнце она сияла, как настоящее золото. Сегодня ту медь сняли, вместо нее положили железо. Красоты не стало. А еще раньше на крышах можно было увидеть изразцовые украшения и парапетные решетки с самыми замысловатыми рисунками. При этом у каждой крыши было свое ограждение, свой рисунок решетки. Сегодня таких решеток осталось мало.

Уже прощаясь, спрашиваю, неужели за тридцать лет работы кровельщиком не возникало желания сменить профессию, найти работу поспокойнее и поденежнее? В ответ Николай ненадолго задумывается, а потом признается, что не он выбирал эту профессию, а, скорее, профессия выбрала его. «Но, если начать все сначала, я бы снова стал кровельщиком. Не каждый может похвастаться тем, что тридцать лет ходит на одну и ту же работу с удовольствием, а вот я могу. Так что, похоже, свой клад я все-таки нашел», — признается Николай Молчанов.