Стройка без людей: горизонт планирования сжался до трех недель

Что это означает на практике? Строительная компания не может уверенно заглянуть даже на полгода вперед. Она не знает, сколько человек понадобится через три месяца, какие специальности будут востребованы, стоит ли нанимать местных специалистов или обращаться к мигрантам. Без долгосрочных контрактов и понятных объемов финансирования в горизонте 3-5 лет предприятия не могут инвестировать в обучение персонала. А люди не хотят связывать свою судьбу с отраслью, где завтра может не оказаться работы. От этого зависит будущее всей строительной сферы: без системного прогнозирования кадровых потребностей невозможно выполнение национальных целей по вводу жилья, реновации городов и реализации мастер-планов 200 опорных населенных пунктов.

Семьсот тысяч человек к 2030 году

У отрасли есть стратегия развития до 2030 года, есть рассчитанная потребность в кадрах. По данным Антона Глушкова, при увеличении объемов работ на 20% потребуется 789 тыс. специалистов — при нынешнем технологическом укладе и текущем уровне квалификации персонала. Более реалистичный прогноз — 700 тысяч новых строителей к 2030 году. И речь идет не о вакансиях, а о чистом приросте сверх существующей численности. Если объемы строительства вырастут больше прогнозируемых 20%, разрыв станет еще глубже.

Пока же дефицит кадров компенсируется мигрантами. В текущем году в Россию въехало на 185 тыс. иностранных специалистов больше, чем в прошлом. Применительно к стройотрасли это означает примерно 20-25 тыс. дополнительных рабочих. Иностранная рабочая сила стала амортизатором: мигрантов проще нанимать и также легко отпускать, когда объемы работ сокращаются; они не требуют долгосрочных социальных гарантий, готовы работать вахтовым методом и закрывают пиковые нагрузки. «Но именно эта гибкость, — отметил Антон Глушков, — создает у работодателей иллюзию решения проблемы». Зависимость от мигрантов делает отрасль уязвимой вследствие колебаний курса рубля, изменений миграционной политикой и геополитической ситуации. Кроме того, низкая квалификация части приезжих специалистов не позволяет им работать со сложным оборудованием и цифровыми системами, которые все активнее внедряются на стройках.

Государство берет проблему в работу

Проблема кадров в строительстве перестала быть внутренней болью компаний — она перешла в разряд государственной повестки. Как заявил заместитель министра строительства и ЖКХ РФ Никита Стасишин, горизонт планирования в 0,9 месяца — это нонсенс для отрасли, отвечающей за национальные проекты.

Минстрой России уже подготовил пакет поправок в Градостроительный кодекс. Крупные застройщики, особенно те, кто работает с государственным финансированием и в рамках комплексного развития территорий, будут обязаны формировать кадровые прогнозы на три-пять лет вперед. «Мы не хотим создавать лишнюю отчетность, — пояснил Никита Стасишин, — но отрасль должна осознать: строить миллионы квадратных метров без понимания, кто будет это делать, невозможно».

Еще одна инициатива Минстроя — эксперимент по «кадровому КРТ» в пяти пилотных регионах. Механизм комплексного развития территорий сегодня подразумевает, что инвестор строит жилье, дороги, школы и детские сады. Теперь в перечень обязательных условий включат и участие в подготовке строительных кадров для того же микрорайона. Формы могут быть разными: от целевого направления на обучение в колледжах до строительства учебных полигонов прямо на площадке. «Мы не можем требовать от бизнеса долгосрочных инвестиций в людей, если сами не создаем для этого правил», — резюмировал Никита Стасишин.

Параллельно ведется работа над новым классификатором профессий. Операторы дронов для мониторинга объектов, специалисты по лазерному сканированию, ТИМ-менеджеры — многие из этих специальностей до сих пор формально не включены в перечни, и колледжи и вузы не могут открыть набор на эти направления, даже если видят спрос. Никита Стасишин пообещал, что эту проблему решат до конца года. Но это только первая часть. Вторая — сделать так, чтобы выпускники оставались в профессии, а не уходили в таксисты или курьеры через полгода после получения диплома.

Москва — ресурс на исходе

Столица строит миллионы квадратных метров ежегодно, включая программу реновации, транспортные хабы и социальные объекты. И город, по словам руководителя Департамента градостроительной политики Владислава Овчинского, уже вплотную подошел к исчерпанию локального трудового ресурса: «Уровень безработицы в Москве — один из самых низких в стране. Свободных рук практически нет. Цифровизация помогает, но не спасает».

Автоматизация процессов, вынос части работ в заводское домостроение, применение роботизированных систем позволяют сократить потребность в низкоквалифицированном труде на 15-20%, но закрыть дефицит целиком не могут. Единственный выход, по мнению Владислава Овчинского, — повышать производительность труда и одновременно расширять систему среднего профессионального образования под реальные нужды стройки.

В Москве уже запущено несколько пилотных проектов по интеграции колледжей в строительные кластеры: студенты проходят практику непосредственно на объектах реновации, получают стипендии от девелоперов, а после выпуска — гарантированное место работы. Создана цифровая платформа, где застройщики публикуют кадровые заявки на два-три года вперед, а колледжи под эти заявки корректируют учебные планы. На сегодня система работает на 12 площадках.

Однако масштабировать московский опыт на всю страну без изменений в федеральном законодательстве сложно: в регионах нет таких бюджетных возможностей, а местные девелоперы часто работают с маржой, которая не позволяет инвестировать в долгосрочную подготовку кадров. Поэтому Владислав Овчинский предлагает ввести налоговые льготы для компаний, заключающих целевые договоры с учебными заведениями. Строительству нужны люди с конкретными навыками, и государство должно создать экономические стимулы, чтобы бизнес вкладывался в их получение.

Цифра не спасет, если некому ее читать

Информационное моделирование, по данным президента Ассоциации организаций в сфере технологий информационного моделирования Михаила Викторова, уже позволяет сократить потребность в низкоквалифицированной рабочей силе на 30-40%: на объекте, где ведется цифровая модель, не нужны десять прорабов с рулетками и гора бумажных чертежей. Но это требует совершенно других компетенций: строительству нужны не просто рабочие, а операторы цифровых двойников, специалисты по верификации моделей, инженеры, умеющие работать в среде общих данных.

Проблема в том, что таких специалистов почти никто не готовит. Массового внедрения ТИМ-компетенций в систему среднего профессионального образования нет. Как резюмировал Михаил Викторов, можно сколько угодно принимать законы об обязательном переходе на цифру, но если в регионе нет человека, умеющего эту цифру создавать и сопровождать, все инвестиции обесценятся.

Опрос, проведенный ассоциацией среди строительных компаний, показал: 68% респондентов готовы активнее внедрять информационное моделирование, но не могут найти сотрудников с нужной квалификацией. Средняя заработная плата ТИМ-специалиста на рынке уже превышает доходы традиционных прорабов и инженеров ПТО на 40-50% — яркий индикатор колоссального дефицита. Рынок сам будет выравнивать цену, но это долгий и болезненный путь. Было бы гораздо эффективнее, если бы государство и бизнес совместно разработали национальный стандарт подготовки таких кадров и запустили массовое обучение — от вузов до центров дополнительного профессионального образования.

Автоматизация и искусственный интеллект не уничтожат рабочие профессии в строительстве, но существенно изменят их содержание. Каменщик будущего — это не человек с мастерком, а оператор 3D-принтера, печатающего стены; кровельщик — специалист по укладке умных сенсоров. Если не начать готовить таких людей уже сегодня, через пять лет отрасль просто встанет, и никакие мигранты не помогут, потому что дроном и строительным принтером нужно уметь управлять.

Строительная отрасль переросла стадию, когда кадры были внутренней болью отдельных компаний. Сегодня это вопрос государственной политики — такой же, как развитие инфраструктуры или обеспечение безопасности. Осталось превратить заявления в «дорожные карты», а горизонт планирования растянуть с трех недель хотя бы на три года. Иначе 700 тыс. человек к 2030 году так и останутся цифрой из презентации.