Дом, который построил дед

Дом, который построил дед

Фото: Wikimedia Commons

Многие современные технологии ведут свою «родословную» от старинных методов строительства

В 40-50-х годах прошлого века мой дед Тен Сан Чир невольно стал участником «трансфера технологий». Произошло это при обстоятельствах трагических. В 1937 году на основании совместного постановления Совнаркома и ЦК ВКП(б) №1428-326 «О выселении корейского населения из пограничных районов Дальневосточного края»», подписанного товарищами Сталиным и Молотовым, все проживавшие на Дальнем Востоке корейцы были погружены в эшелоны и депортированы в районы Средней Азии и Казахстана. Согласно официальной версии, сделано это было «в целях пресечения проникновения японского шпионажа». По этому поводу злые языки говорили, что сотрудники НКВД просто не различали представителей азиатских народов, что чрезвычайно затрудняло для них выявление японских агентов. Не избежал депортации и мой предок. Ему не помогли ни участие в рейдах национального партизанского отряда на территорию Кореи, оккупированную Японией, ни почетная грамота за ударный труд, полученная в начале 30-х и подписанная все тем же Молотовым.

Эшелон, в котором ехал дед, после многодневного путешествия оказался в Узбекистане, на берегу реки Чирчик. Здесь группе депортированных корейцев и было велено обустраиваться — на болоте, образованном пойменным разливом реки. Единственным более или менее сухим местом был холм-курган, на склонах которого корейские переселенцы фактически голыми руками и вырыли первые землянки. Они не могли привезти с собой ни скота, ни теплой одежды, ни рабочих инструментов, но зато, назло всем обыскам и проверкам, провезли в своих головах старинные корейские приемы строительства, в том числе и широко используемую сегодня технологию обогреваемого пола. Когда Сталин умер, корейцам слегка расширили «черту оседлости» и даже вернули паспорта. Тогда мой дед и его соседи покинули болотистую пойму Чирчика, чтобы на другом, высоком, берегу основать свое поселение. Здесьто им и пригодились старые корейские, а заодно и древние среднеазиатские способы жилищного строительства.

Для начала методом тыка лопаты в грунт были проведены первичные изыскания, установлены особенности грунта и подготовлен черновой проект. Согласно этому проекту, по границе стен вырыли канавы, которые затем плотно забили речным галечным камнем. Так получился, если говорить современным языком, ленточный фундамент.

Стены возводились по методу, который сегодня торжественно называется каркасным. Каркас делался из стволов черного тополя, исстари использовавшегося местным населением для малоэтажного строительства. И поныне в Узбекистане в сельской местности растут рукотворные тополевые рощицы. Деревца растут плотно, очень близко друг от друга, чтобы стволы были как можно длинней и ровней. Когда наступает время строить, вся рощица сводится, и у строителей образуется достаточный запас необходимого материала. А на месте прежней рощицы высаживаются новые деревья — такой вот возобновляемый и экологичный ресурс.

Пустоты каркаса заполняются саманным кирпичом, обожженным на солнце. Саман — это глина, смешанная с рубленой соломой, которая армирует кирпич, придавая ему необходимые свойства. До того, как были придуманы специальные деревянные решетки для формовки саманного кирпича, похожего по форме на обычный, из самана валяли веретенообразные кирпичи — «гуваля», которые укладывались в пустоты каркаса, а щели просто забивались глиной. Далее образовавшуюся стену штукатурили полужидким саманом, а потом белили, чаще всего гашеной известью.

Такое «каркасное» домостроение издавна широко применялось в этом регионе. Саманные стены хорошо держали тепло, защищали от жары, то есть, были весьма энергоэффективны и опять же экологичны. В сухом среднеазиатском климате саманные дома стоят многие десятилетия. Ну, а в случае реновации саманный дом сносится, а мусор, образовавшийся после сноса, проходит рециклинг, то есть глина используется вторично, практически без отходов. Каркас, конечно, полностью обновляется за счет тополевого ресурса.

Но стенам нужна кровля, чтобы стать домом. Кровля у деда получилась инновационная. В данной местности дома традиционно крыли камышом, что смыкалось со знакомой дальневосточной технологией изготовления кровли из толстых снопов соломы. Правда, там солому укрепляли накинутой сверху сеткой из той же соломы. Здесь дед использовал передовой по тем временам материал — толь, кровельный картон, пропитанный каменноугольными или сланцевыми дегтевыми продуктами. Для закрепления толя дед просто укрыл его слоем дерна.

Прошло много лет, но я все еще отчетливо помню ту нашу крышу. Каждую весну она прорастала высокой изумрудной травой, в которой алыми фонариками расцветали маки. Вспоминаю это каждый раз, когда слышу о «зеленой» кровле как о революционной инновации.

Соорудив кров, дед приступил к изготовлению очага. Вот здесь ему и пригодились привезенные с собой старые корейские технологии. Печь «ондоль» — это не только очаг для приготовления пищи, но и основной элемент теплого пола. Ондоль — это целая система, состоящая собственно из печи, где верхний торец с отверстиями представляет собой варочную панель, глиняных труб, проложенных под традиционно поднятым полом чистой половины дома и имеющих выход в высокий дымоход, обеспечивавший хорошую вытяжку дыма и горячего воздуха наружу. Глиняные трубы закрывались стяжкой из той же глины. А вот для того чтобы пол не обжигал, его покрывали толстыми циновками-матами, сплетенными из камыша.

Конечно, все описанное выше — каркасное домостроение, «зеленая» кровля, система «теплый пол», напольное покрытие из экологичных природных материалов — соответствовало возможностям того времени, середины прошлого века. Но то, что нынешние модные и востребованные строительные технологии стоят на плечах прежних способов и методов строительства — это факт.